Блог

Третье: функциональность. Вспышка должна обладать следующими режимами экспозиции: ТТЛ (с предвспышкой), А (встроенный экспозамер) и М (полностью ручной). TTL — это технология, по которой камера замеряет экспозицию «через линзу» (through the lens), сделав предварительный импульс перед кадром, оценивает освещенность и выставляет мощность вспышки для получения правильно экспонированного кадра. В режиме А вспышка определяет правильную экспонированность собственным датчиком, а не автоматикой камеры. Разумеется, для этого ей надо знать чувствительность, установленную на камере, и диафрагму объектива.

Второе: мощность. Строго говоря, говорить о мощности вспышки не совсем верно, так как мощность — это частное от деления энергии на время ее выделения, а величина, которая характеризует то количество света, которое вспышка создает при срабатывании, — это именно энергия. (При этом продолжительность импульса при увеличении «силы пыха» увеличивается — впрочем, это все равно очень маленькая величина.) Но раз говорят «мощность», будем придерживаться общепринятой терминологии. Собственно «мощность» студийных вспышек указывается в Джоулях (что еще раз говорит о том, что термин неправильный — так как мощность, как известно любому восьмикласснику, измеряется в Ваттах). А вот мощность камерных вспышек указывается в каких-то неведомых единицах и именуется «ведущим числом». Что это такое?

Рано или поздно перед «продвинутым» (это не совсем понятный, а потому очень привлекательный термин) фотолюбителем встает вопрос покупки внешней вспышки. Первое, что нужно сказать о вспышке, — источник света он и есть источник света. Различаются только фирмой-производителем и системой, для которой предназначены, мощностью и функциональностью. Вспышки — не объективы, и рассуждать об эстетских тонкостях вроде красоты рисунка, «суховатом боке» и прочем тут, прямо скажем, мало уместно. Итак, первое: система.

Меня попросили написать признаки, по которым можно разделить хорошие фото и плохие. Сразу говорю, что такой список составить невозможно, но ряд своих соображений я могу высказать.

(Продолжение заметки Эквивалентная светосила.) Как мы уже выяснили, светосила вроде бы не зависит от размера сенсора (по крайней мере, ничто в формуле для вычисления светосилы не включает этот размер ни прямо, ни косвенно), а зависит она, в частности, от фокусного расстояния, которое тоже не зависит от размера сенсора. Эти параметры являются свойствами объектива, и не важно, к чему он прикручен. Два объектива с одним и тем же фокусным расстоянием рисуют в фокальной плоскости изображения одинаковых размеров. Но если один из них прикручен к камере с полноразмерным сенсором 36×24 мм, а второй, допустим, к камере стандарта 4/3 с вдвое меньшей диагональю кадра, на отпечатанных фотографиях с этих сенсоров на первой предмет съемки будет выглядеть вдвое меньшим, чем на второй, потому что для получения отпечатков одного физического размера снимок со второго фотоаппарата придется увеличить в два раза больше, чем с первого.

Надо отметить, что ультрафиолетовый фильтр иногда мешает, а иногда — сильно мешает. Впрочем, насколько я понимаю, речь идет о дешевых фильтрах. У меня есть фильтр, купленный мной в самом начале собирания фотоприбамбасов, UV-фильтр Digi-Optic (слышали о такой? вот и я нет).

Оказалось, что при съемке фото с яркими источниками света на темном фоне (солнце низкое, луна) этот фильтр порождает так называемый ghost image. Вот пример.

Помимо мифа об эквивалентной светосиле, существует миф об эквивалентной перспективе. Как и первый, он провозглашает исключительную правильность 35-мм стандарта. Заключается он в том, что миллиметры, написанные на объективе, являются правильными с точки зрения перспективы картинки, им передаваемой, являюся правильными только в том случае, если объектив установлен на камеру с сенсором 36×24. Таким образом, ЭФР является ересью — в том плане, что установленный на 1.6 кропе 30мм объектив не будет нормальным полтинником, а продолжит оставаться умеренным широкоугольником по картинке. Выходит, мы, несчастные пользователи кропнутых камер, обманываемые маркетологами, вынуждены всю жизнь пользоваться широкоугольными объективами, простодушно умножая их фокусное на 1.5, 1.6, 2 и так далее!

Продовження статті про перспективу і кут огляду об'єктиву.

Первое пришествие "эквивалентной перспективы"

Когда спуск нажат и затвор щелкнул, в камере начинается работа по созданию той картинки, которую потом можно будет повесить в Уютной жежешечке с подписью «Я и Мусик на Мальорке». Работа эта многоступенчатая. Сначала с матрицы считывается информация о свете, попавшем на пикселы. Собственно, каждый пиксель изображения формируется на основе данных от нескольких светочувствительных элементов матрицы, реагирующих на красный, зеленый и синий цвета.

Это фото снято в конце апреля на склоне яйлы Тирке (восточная оконечность Демерджи). Поход, что называется, удался: даже днем приходилось одевать все, что было, ну а вечером просто зуб на зуб не попадал. Вдобавок к этому густой туман, консистенцией (но не температурой!) напоминавший парное молоко.

Вопрос, собственно, не в том, зачем они вообще используют искусственное освещение, а почму в ходу источники импульсного света, а не постоянного. Ведь в случае импульсного света, в отличии от постоянного, результат можно оценить только апостериорно — пока снимок не сделан, очень трудно понять, как лягут тени, как соотносится между собой освещенность, создаваемая разными вспышками и так далее. Тем не менее, вспышки очень распространены. Почему?

Этот пост я собирался выставить перед праздниками, но празднование слишком затянуло =) Дня не проходит, чтобы на тематическом форуме или в Уютной Жежешечке™ не появилось сердобольного поста с душераздирающим «Помогите выбрать — Никон или Кенон?!». В тех случаях, когда речь не идет о заведомом разжигании очередного холивара, вопрошающему можно только посочувствовать. Потому что выбор может быть сделан только им самим, и плохо, если под воздействием воплей «99% профессионалов снимают только на хассель!». Собственно говоря, главная мысль этой заметки уже прозвучала. Осталось высказать ряд сопутствующих соображений разной степени умности и банальности.

В представлении широких масс трудящихся зеркалка — это такой большой черный фотоаппарат, у которого можно снять объектив и поставить на его место другой. На самом деле, бывают зеркалки с несъемными объективами (и даже нечерного цвета). И бывают камеры со съемной оптикой, не имеющие никакого отношения к зеркалкам. Зеркалка — принцип строения камеры, когда в ее схеме есть зеркальный видоискатель. Суть этой схемы такова: на полпути до приемника изображения (пленки или матрицы) луч перехватывается наклоненным под сорок пять градусов зеркалом и направляется в видоискатель. В так называемых шахтных камерах на этом дело и ограничивается. В камерах с призматическим видоискателем этот луч дополнительно пропускается через пентапризму (или пентазеркало), чтобы «вернуть в нормальное положение» изображение, после зеркала ставшее перевернутым зеркально.

Так же, как в случае с «классическим полтинником», классическими широкоугольниками 24, 28, 35 мм (их можно найти в любой системе), существуют еще несколько регулярно используемых производителями оюъективов фокусных расстояний — 85 мм, 100 и 135 мм. Итак, сложилась «вековая традиция» считать, что наиболее приемлимый с точки зрения близости картинки с тому, что видит глаз, фотопортрет (поясной, плечевой), получается при сьемке с расстояния в метр-полтора объективом, фокусное расстояние которого составляет две диагонали кадра. У 35-мм пленки, как мы помним, диагональ равна 43.3 мм. Вот и «классический портретник» — 85 мм (до 85 округляют для удобства). Но, как и в случае с нормальными 52, 55 и даже 58-мм объективами, портретные объективы выпускали с фокусными и 90, и 100 мм. Если же надо снять лицо крупно, теория предписывает не придвигаться ближе, а взять более длиннофокусный объектив. Да, именно 135 мм. Более длинные объективы применяются для телефотосьемки — спортсменов, птичек, голливудских звезд. На самом деле, портретный объектив — это объектив, который накручен на вашу камеру тогда, когда вы снимаете портрет.